Исследования по древнерусской литературе

Д. С. Лихачев

 

 

II. Изучения

 

20. Возможный случай скрытой полемики фольклорного произведения с книжным

( Публикуется по кн.: Из истории русских литературных отношений XVIII—XX веков. М.; Л., 1959, с. 335—336. )

 

 

Былина «Вавило и скоморохи», известная в единственной записи А. Д. Григорьева от М. Д. Кривополеновой, [1] принадлежит к замечательнейшим явлениям русского эпоса. В ней отразился народный взгляд на искусство. Сюжет этой былины, как известно, следующий: крестьянин Вавила, бросив свое крестьянское хозяйство, присоединяется к бродячим скоморохам, которые идут против какого-то враждебного государства — «Инишшого царства». Царством этим запуганы все встречные, предупреждающие скоморохов об их неизбежной гибели. Но скоморохи — святые (это подчеркивается в былине пять раз), они творят чудеса своим искусством и в конце концов побеждают «Инишшое царство».

 

Исследователь этой былины А. А. Морозов справедливо замечает, что в этом подчеркивании святости скоморохов есть полемическое противопоставление народного взгляда на гонимое государством искусство скоморохов официальной точке зрения. [2]

 

В этой связи представляет интерес переводная статья «О скомрасе Вавиле», изредка встречающаяся в древнерусских сборниках. [3] Несложное содержание этой статьи сводится к тому, что скоморох Вавила из «града Тарса» вел распутный образ жизни, но, попав в церковь и прослушав евангельское чтение, мгновенно раскаялся, роздал свое имущество двум своим женам и, приняв монашество, затворился в столпе. Удаленные жены последовали примеру мужа, раздав все свое имущество нищим.

 

Возможно, что, объявляя скоморохов святыми, былина косвенно полемизировала не только в целом с официальной точкой зрения на скоморохов, но и конкретно с данной книжной статьей, чем и объясняется совпадение имен обоих скоморохов.

 

В одном случае крестьянин Вавила становится скоморохом и, тем самым, святым — в другом скоморох Вавила становится святым, отказавшись от скоморошества и затворившись в столп.

 

Если эта скрытая полемика действительно имела место, то она раскрывает перед нами еще одну сторону взаимоотношения книжности и фольклора, взаимоотношения, до сих пор рассматривавшегося только с точки зрения влияний: книжного произведения на фольклорное или фольклора на книжное произведение.

 

1959

 

 

1. Г р и г о р ь е в  A. Д. Архангельские былины. М., 1904, т. 1, № 85 (№ 121).

 

2. М о р о з о в  А. А. М. Д. Кривополенова и наследие скоморохов. — В кн.:  К р и в о п о л е н о в а  М. Д. Былины, скоморошины, сказки. Архангельск, 1950, с. 131—134.

 

3. См., например, рукопись ГПБ, собр. Титова, № 499, л. 16 об.—17 об. Этот сборник XIX в. составлен из произведений, переписанных с более старых протографов. Оригинал данной статьи (судя по языку) не моложе XVI в.

 

 

[Previous] [Next]

[Back to Index]